Двойная оптика любви

24.07.2022 138 0.0 0
Двойная оптика любви

Любовь — самое, наверное, загадочное из человеческих чувств. Почему вдруг начинаешь ощущать острую тягу к другому человеку? Почему именно этого человека хочешь видеть, должен видеть, не можешь не видеть? Почему любовь пропитывает собой все другие чувства?

Ответить на это можно, пожалуй, только приблизительно, сравнением. Когда человеку сильно хочется есть, голод оттесняет все другие ощущения, заслоняет собой целый свет. Любовь — тоже голод по человеку, может быть, самый острый голод души и тела, и чем он сильнее, тем больше места в душе занимает любимый человек.

Одна из самых больших загадок любви (впрочем, и влюбленности тоже) — ее двойная оптика, которая рождается в подсознании любящего. Достоинства любимого человека она резко увеличивает — как бинокль, недостатки резко уменьшает — как перевернутый бинокль. Часто неясно даже, кого мы любим — самого человека или его розовое подобие, которое сфантазировало наше подсознание.

Но рядом с этим обманом зрения в любви есть такое ясновидение, которое недоступно другому чувству. Глаза любви видят в любимом такие его глубины, о которых иногда не знает и сам он. Любовь высвечивает в нем зародыши его хороших свойств, их ростки, которые могут расцвести и сделать человека таким, каким его видят приукрашивающие глаза любви. Потому-то любовь — это одновременно и чувство-иллюзия, чувство-обман, и чувство-предвидение, чувство-прогноз — чувство, которое видит человека в его возможностях. И рождает такую двоякость одно и то же свойство любви — ее добавляющее зрение, которое видит в человеке больше, чем в нем есть: видит его достоинства увеличенными и отсеченными от недостатков, то есть видит его и приукрашенным, и таким, каким он мог бы стать.

Этот сплав ослепления и дальновидения несет и яркие надежды, и горькие разочарования (разочарований, к сожалению, больше). Потому что нужен тяжелый труд души (и хорошие условия жизни), чтобы стать — хотя бы в чем-то главном — таким, каким видят тебя глаза любви.

Именно от двух этих причин зависит счастье или несчастье семьи: от условий жизни людей и от того, как они поведут себя в этих условиях — хватит ли у них сил, чтобы удержаться на высоте хороших отношений, сумеют ли они воспользоваться попутным ветром любви, чтобы набрать нужную скорость самоулучшения, или будут застревать на мелях своих недостатков, напарываться на подводные камни неумений, незнаний, эгоизма…

Досемейная любовь — праздник: она отделена от быта, она соединяет людей в часы свиданий, когда они лучше, чем обычно. Семейная жизнь — будни, сначала праздничные, потом все менее праздничные. Входя в повседневность, любовь заражает ее своей праздничностью, но и сама заражается от нее будничностью, и чем дальше, тем больше. Рассветное чувство постепенно, проходя по веренице ступеней, делается дневным, повседневным, привычным.

К сожалению, это неизбежно. Ягода — смерть цветка, это закон жизни. Приобретения и потери всегда идут вместе, и, получая новое, мы теряем старое, а с ним теряем и то хорошее, что в нем было.

Взрослая любовь — огромное богатство для человека, но она несет с собой и неизбежные утраты. Теряются юношеская романтика, сердечное беспокойство; из любви уходит будоражащее чувство недостигнутой цели, на его место встает покоящее чувство достигнутой цели. Исчезает привкус недоговоренности, привкус запретного плода, теряется неповторимость секунд свидания.

Любовь не занимает теперь весь первый план жизни, она потеснилась, и рядом с ней стоят ее новые соседи — материальные и бытовые заботы. Пропитываясь ими, любовь входит в быт, начинает обрастать привычками, а привычка часто несет смерть любви. Впрочем, общего правила — одного для всех — здесь нет. У одних людей привычка убивает любовь, у других — углубляет ее: пропитываясь психологической стойкостью привычек, хрупкие ниточки чувств у таких людей прочнеют, связывают их крепче, глубже.

Но так или иначе любовь (влюбленность, симпатия, влечение) приходит на решающее распутье: или она переменится, пройдет сквозь неизбежные кризисы, как проходит их дерево, пересаженное на другую почву, — тогда она сможет так срастись с буднями, чтобы не подчиниться им; или она не сумеет изменить себя, приноровиться к новой, куда более жесткой почве — тогда она станет чахнуть, болеть, умирать. Третьего пути, к сожалению, нет. Любовь, влюбленность, симпатия, влечение — чувства самоугасающие, и если не помогать им, не добавлять топлива в их огонь, они будут неминуемо хиреть и гаснуть — это тоже глубинный закон человеческой психологии.

Все ли способны на любовь? К сожалению, нет. Наверное, рождаясь, каждый здоровый человек несет в себе скрытую способность к любви. Но чем старше люди, тем меньше таких, у кого хватает глубины души, чтобы вместить это большое чувство. У многих душа не достигает нужной глубины: у кого — из-за воспитания, у кого — из-за жизненных условий, у кого — из-за чрезмерности эгоизма.

Люди эгоистического склада или люди с неглубокой душой способны, пожалуй, только на влечение, влюбленность, привязанность — не больше. Хотя если такие люди вырастят в себе способность дорожить другим, как собой, они тем самым углубят свою душу, умерят «я-центризм», и их влюбленность может перерасти в любовь. Правда, сделать это очень трудно, тут не обойтись без переломов в себе, и далеко не у всех, наверное, хватит на это сил.

Аватар enr091 Наталия Ришко
Журналист/foxsovet

Комментарии
avatar
Читайте также: